хумус (humus) wrote,
хумус
humus

Categories:

Винные мемуары-3, часть 15

Винные мемуары
Винные мемуары ч.2
Винные мемуары-3
Винные мемуары-4
Винные мемуары-5
Винные мемуары. часть 6
Винные мемуары. часть 7
Винные мемуары. часть 8
Винные мемуары. Часть 9
Винные мемуары. часть 10
Винные мемуары. Часть 11
Винные мемуары. Часть 12
Винные мемуары. Часть 13.
Часть вторая
Винные мемуары - 2. часть 1.
Винные мемуары - 2. часть 2
Винные мемуары-2 часть 3.
Винные мемуары-2. часть 4
Винные мемуары-2. часть 5
Винные мемуары-2 часть 6
Винные мемуары-2. часть 7
Винные мемуары-2 часть.8 (Новогодняя)
Винные мемуары-2 часть 9
Винные мемуары-2 часть 10
Винные мемуары-2 часть 11
Винные мемуары-2 часть 12
Винные мемуары-2 часть 13
Винные мемуары-2 часть 14
Винные мемуары-2 часть 15

Винные мемуары-2 часть 16
Винные мемуары-2 часть 17
Винные мемуары-2 часть 18
Винные мемуары-2 часть 19
Винные мемуары-2, часть 20 (внеочередная)
Винные мемуары-2 часть 21
Винные мемуары-2 часть 22
Винные мемуары-2 часть 23
Винные мемуары-2. часть 24
Винные мемуары-2, часть 25
Винные мемуары-2 часть 26
Винные мемуары-2 часть 27
Винные мемуары-2 часть 28
Винные мемуары-2, часть 29. Внеочередная
Винные мемуары-2 часть 30
Винные мемуары-2 часть 31
Винные мемуары-2 часть 32
Винные мемуары-2 часть 33
Винные мемуары-2 часть 34
Винные мемуары-2, часть 35
Винные мемуары-2: часть 36
Винные мемуары-2. часть 37
Винные мемуары-2, часть 38
Часть третья
Винные мемуары-3 часть 1.
Винные мемуары-3, глава 2
Винные мемуары-3, часть 3
Винные мемуары-3, часть 4
Винные мемуары-3, часть 5
Винные мемуары-3, часть 6
Винные мемуары-3, часть 7
Винные мемуары-3, часть 8
Винные мемуары-3, часть 9
Винные мемуары-3, часть 10
Винные мемуары-3, часть 11
Винные мемуары-3, часть 12
Винные мемуары-3, часть 13
Винные мемуары-3, часть 14
Дополнения
Техническое сообщение к "Винным мемуарам"
Видеоприложение к "Винным мемуарам": Киев, 1994
Видеоприложение к "Винным мемуарам"
Фотоприложение к "Винным мемуарам" 2
Фотоприложение к "Винным мемуарам"-3
Фотоприложение к Винным мемуарам-4
Фотоприложение к "Винным мемуарам"-5
Я начинаю рассказ под кодовым названием «три с половиной ведра». Эта история нашей с Рожковым поездки в Новосибирск в начале сентября 1992 года. За время поездки было употреблено именно столько крепких и крепленых спиртных напитков, и именно под таким названием она осталась в памяти участников.
Все проблемы начались в тот момент, когда я в очередной раз потерял паспорт. За последние два года я терял его дважды, и эта последняя, третья потеря грозила мне серьезными проблемами в паспортном отделе. Первый раз я потерял паспорт еще в девяностом, когда возвращался с Егором Летовым из Усолья после концерта (эту история я вам уже рассказывал). Второй случай вылетел у меня из головы напрочь, а третий паспорт я потерял в аккурат перед той поездкой, о которой я хочу вам поведать. Нельзя сказать, что я уж очень был расстроен пропажей, поскольку фотография в документе давно уже требовала замены. Я на второй свой паспорт фотографировался в состоянии «иду на грозу», с совершенно растрепанными длинными лохмами, бородой как у Чарли Мэнсона и безумным взглядом идейного террориста-бомбиста. Сейчас бы меня в таком виде расстреляли бы еще на подступах к самолету, а тогда при посадке просто очень тщательно досматривали как багаж, так и меня самого. При моих торговых занятиях это было чересчур неудобно и накладно.
Мы с Валерой решили лететь в последних числах августа дня на три-четыре. Я хотел затариться товарами Бердского радиозавода – первым советским СД-плейером (последний писк советской техники), акустическими колонками и усилителями. Все это было у нас в дефиците и имело большой спрос. Валера, как и всегда, согласился мне помочь, я купил билеты и в нужное время мы были в аэропорту. То, что мы приняли на посошок не стоит даже упоминания.
Лететь я решил по своему военному билету. Раньше подобный ход удавался без труда. Человек говорил, что возвращается из отпуска и его без лишней волокиты пропускали в самолет. Я в своем плане не учел лишь одного. Пару лет назад в состоянии алкогольного экстаза я оторвал фотографию с военника и заменил ее фоткой со старого приписного свидетельства. Там я в возрасте школьника восьмого класса смотрю в мир чистым взором. Можно представить изумление проверяющего переводящего взор с разлохмаченной пьяной физиономии пассажира (мы с Валерой добавили пока стояли в очереди на регистрацию) на военный билет с криво наклеенной фотографией какого-то пацана. На прямой вопрос, что это за фигня, я принялся многословно объяснять, что все дело в том, что с той поры я изменил прическу. Не мудрено, что нас задержали. Нам еще повезло, что в смене работал мой знакомый, который все уладил. Нас просто отпустили, и я даже успел сдать билеты. Но улететь мы не могли уже по любому.
На состоявшемся стихийном митинге было принято решение ехать поездом. Мы заехали в магазин, затарились спиртным в дорогу. Снова пригодилась знаменитая безразмерная сумка Рожкова. Заодно взяли еды в дорогу. Приехали на вокзал, купили билеты. Пассажирский поезд должен был подойти к перрону около пяти вечера. Мы сели на скамейку возле вокзала, я закурил, Валера разлил по первой. Было жарко, но не настолько, чтобы возникало желание искать спасение в теньке.
Наконец объявили наш поезд. Наш вагон был пятнадцатый, и мы пошли в хвост состава. Я был уже пьян и хотел немного вздремнуть. Мы дошли до конца поезда, но пятнадцатого вагона на месте не оказалось. До отхода оставалось всего десять минут, а тут перед нами разверзнулся ад. Ноги у нас подкосились, и мы рухнули на рельсы. Валера выдвинул теорию заговора: пропажа вагона и запрет на самолет – звенья одной цепи. Кому-то очень не хочется видеть нас в Новосибирске. Валера даже знал способ бороться с таким беспределом. Надо никуда не идти, остаться на рельсах и приговорить все бухло, что мы взяли в дорогу, не сходя с этого места. Как это должно было нам помочь, я так и не понял, но предложение было заманчивое, и мы приступили к его осуществлению.
Внезапно из последнего вагона показалась голова проводницы:
- Мальчики, чем вы там занимаетесь?
Валера заинтересованно осмотрел женщину и сказал:
- Водку пьем, присоединяйтесь.
Нисколько не удивленная женщина спросила:
- А разве вам не надо на поезд?
- Не надо, - ответил я, - у нас все равно вагон украли.
- Какой вагон украли?
- Пятнадцатый. Пришли, а его уже на месте нет.
- Вы что, идиоты? Разве не знаете, что пятнадцатый идет после третьего? Торопитесь, поезд уходит через две минуты.
Мы стремглав собрали свои пожитки, и ринулись в указанном участливой проводницей направлении, чертыхаясь и сопя от усилий. Бежать пьяному всегда тяжело, а особенно по жаре и с грузом, поэтому неудивительно, что в вагон мы ввалились без сил и совершенно измотанными и протрезвевшими. Мы успели практически секунда в секунду. Едва влезли мы в тамбур, как двери за нами захлопнулись, и поезд покатил в сторону Новосибирска.
Нам досталось купе, в котором помимо нас ехала еще женщина с пятилетним сыном. При виде нас женщина оробела, и я не могу ее за это винить. Видок у нас был еще тот, а поведение и того хуже. К тому же сам по себе поезд был страшен. Пассажирские поезда всегда считались быдловатей скорых, а дальневосточные тем более. Держащий путь на запад из Хабаровска наш поезд был населен проводниками по большей части корейского происхождения, не забывающих в пути совершать свои восточные гешефты, но игнорирующих чистоту, да и самих пассажиров. Впрочем, вскоре мы им о себе напомнили.
Мы разместились в купе, выложили на стол спиртное и припасы, слегка потеснили женщину и принялись успокаивать нервы. Я закурил, а затем мы с Валерой хором попели блатные песни из альбома «ДМБ» группы «ДК». Женщина, с круглыми глазами прихватив ребенка, выскочила в коридор. Через какое-то время вместо нее в купе зашел низенький кореец в форме проводника, огляделся и заискивающе попросил прекратить курить в купе. Валера, занятый откупориванием очередной бутылки рассеянно ответил «да, да, разберемся», а я, выдавив проводника в коридор, закрыл дверь купе.
На этом моя жизненная сила исчерпала себя, и я очнулся на своей койке только спустя несколько часов. Валера все так же сидел у окна и пил что-то из стакана. Женщина настороженно сидела на своей койке, ребенок спал. Рожков оглянулся на меня и сказал:
- С тобой неинтересно пить. Мы еще только к Зиме подъезжаем, а ты уже в отрубях. Кстати, выйдем на станции купим местной водки на пробу. Будем пить по-евтушенковски.
Должен отметить, что станция Зима является малой родиной советского поэта Евгения Евтушенко, на которого в свое время местный пародист Владимир Скиф написал пародию, вызвавшую большой скандал в литературных кругах. Там было что-то типа:
«Я руками работал,
Топором и кайлом
Поразил всех в Зиме
Малохольным хайлом…
Я сибирской породы,
Я в московском тепле.
Я людские пороки.
Истребил на Земле.
Сам пороки имею,
Но о них ни гу-гу.
Потому что умею,
Потому, что могу!»

Мы вышли на станции и в местном буфете купили пузырь и два жареных хека. Водка оказалась «катанкой» и оставляла после себя отвратительное послевкусие впрочем, как и стихи местного поэта. Поезд тронулся, а память об этой станции еще долгое время оставалась в моей печени.
После Зимы я еще прожил какое-то время достаточное для того, чтобы наша соседка вместе с ребенком в очередной раз сбежала в неизвестном направлении. Снова пришел маленький кореец и на этот раз Валера просто так его уже не отпустил. Выпитое привело его в веселое состояние, поэтому, нависнув над проводником лохматой тенью, Валера стал втирать ему о каких-то бандитских разборках, крутых пацанах, неожиданно закончив фразой «водку нам в купе, живо». Тут меня переклинило, и я окончательно вырубился.
Очнулся я уже утром. Судя по незнакомой полупустой бутылке на столике, Валера выбил из проводника контрибуцию и даже насладился дарами победы. Пока я приводил себя в порядок, Рожков проснулся. Ничего в его утреннем облике не выдавало последствий вчерашних возлияний. Мне было плоховато, поэтому я похмелялся исключительно вином. Валера допил остатки в бутылке, по пути рассказав, что запуганный проводник принес вчера хорошей водки, клятвенно обещал никого не подселять к нам до конца путешествия и окончательно разрешил мне курить в купе. Утро начиналось с добрых вестей, а вскоре должен был показаться Красноярск.
Красноярск – середина пути, веха в поездках в Новосибирск и обратно. Железная дорога проложена через город и когда в окнах вагона начинают мелькать пролеты большого моста, виднеется Енисей, а вдоль его берегов промчатся дома и церкви, то пассажир знает - путешествие достигло своего экватора. Вокзал Красноярска – огромное здание, остановка здесь занимает приличное время и всегда есть возможность поразмять ноги присмотреться к содержимому многочисленных ларьков и купить местной буфетной еды в дорогу. Неудивительно, что и в этот раз мы не изменили правилам и слегка пошатываясь, вышли во внешний мир.

Tags: винные мемуары, дыбр
Subscribe

Buy for 300 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments