хумус (humus) wrote,
хумус
humus

Categories:

Винные мемуары-2 часть 28

Винные мемуары: Мои университеты" ч1-13
Винные мемуары. Начало
Винные мемуары. Часть 2
Винные мемуары. Часть 3.
Винные мемуары. Часть 4.
Винные мемуары. Часть 5
Винные мемуары. Часть 6
Винные мемуары. Часть 7
Винные мемуары. Часть 8
Винные мемуары. Часть 9
Винные мемуары. Часть 10
Винные мемуары. Часть 11
Винные мемуары. Часть 12
Винные мемуары. Часть 13.
Часть вторая: Проблемы пития в переходный период
Винные мемуары - 2. часть 1.
Винные мемуары - 2. часть 2
Винные мемуары-2. часть 3
Винные мемуары-2. часть 4

Винные мемуары-2. часть 5
Винные мемуары-2 часть 6
Винные мемуары-2. часть 7
Винные мемуары-2 часть.8 (Новогодняя)
Винные мемуары-2 часть 9
Винные мемуары-2 часть 10
Винные мемуары-2 часть 11
Винные мемуары-2 часть 12
Винные мемуары-2 часть 13
Винные мемуары-2 часть 14
Винные мемуары-2 часть 15

Винные мемуары-2 часть 16
Винные мемуары-2 часть 17
Винные мемуары-2 часть 18
Винные мемуары-2 часть 19
Винные мемуары-2, часть 20 (внеочередная)
Винные мемуары-2, часть 21
Винные мемуары-2 часть 22
Винные мемуары-2 часть 23
Винные мемуары-2. часть 24
Винные мемуары-2, часть 25
Винные мемуары-2 часть 26

Винные мемуары-2 часть 27


Пора приступать к рассказу о Янке, я и так откладывал эту тему насколько возможно, но это как в РПГ – если не выполнить основной квест, то к дальнейшим событиям хода не будет. Я никогда не рассказывал о ней, особенно в те времена, когда это имя еще вызывало ажиотаж, и ее могила собирала в годовщину смерти толпы людей. Наоборот, приходя на кладбище, мы с Валерой Рожковым старались появляться, когда нарваться на почитателей было меньше всего шансов. И то часто приходилось натыкаться на патлатых, обвешенных фенечками паломников из Барнаула, Томска, Красноярска и других близлежащих городов.
Не рассказывал даже тогда, когда об ее ангарских и иркутских гастролях писали те, кто имел к ним самое отдаленное отношение. Бизнес есть бизнес и пусть малые мира сего тоже припадут к кормушке получив свои пять минут славы. Но теперь, когда со дня смерти прошло семнадцать лет и новое поколение уже считает ее творчество устаревшим как динозавры на фоне разнообразных Земфир, можно рассказывать о ней спокойно, не боясь обвинений в саморекламе и популизме.
Итак, вы уже читали о том, как в Ангарск приезжали Митьки, и какой прием мы им оказали. С момента их отъезда прошла пара месяцев, но выставка их работ продолжала функционировать. И тут я узнал, что Валера договорился с Татьяной Блажко о том, что привезет Янку. Тогда это было культовое имя, благодаря тому же Валере мы смогли через наш магазин распространить ее записи среди иркутян, поэтому вскоре она стала столь же популярной среди наших клиентов, как и Летов. Ее долгожданный приезд еще раз демонстрирует, как из анекдота может родиться значимое событие.
Все выросло из обычного бытового сора. Валера тогда был в состоянии романтических отношений со своей будущей женой Нюрычем (многие знают ее по «Нюркиной песне»), а та считала себя импресарио Янки, поэтому Рожков решил воспользоваться очередной командировкой и приехать из Новосибирска самому плюс притащить подругу на свою территорию, а сама Янка в итоге вышла удачным поводом. Забегая вперед, отмечу, что свой первый поцелуй они организовали на диване в нашей квартире, так что и здесь я выступил в роли свахи.
Я поехал на концерт, где и решил осуществить свою задумку, которую давно уже вынашивал в тайне от своего компаньона. Кирилл Орехов при всей своей коммерческой хватке был человеком прижимистым и без малейшего воображения. Я же глядя на деятельность ангарского ТОМа давно уже прикидывал возможность заняться такой же промоутерской деятельностью, благо магазин был на подъеме и ресурсы позволяли. У меня был на примете читальный зал библиотеки, где работала моя подруга. Зал мог вместить сотню человек, директриса была хорошей знакомой моей матери, поэтому существовала возможность арендовать зал за копейки. С такими вот соображениями я и приехал на концерт.
В помещении ТОМа уже собралось множество народа. Перед началом концерта в зал было внесено ведро с пивом и предусмотрительно поставлено возле места, где должна была находиться исполнительница. Концерт прошел удачно, Янка была в отличном настроении, в перерывах отхлебывая пиво из ведра. Мы в свою очередь пользовались заранее припасенным. После концерта зрители обступили Янку и закидали вопросами. Она забилась в угол и выглядела усталым загнанным зверьком. Дождавшись, когда народ схлынет, Валера подвел меня к ней и познакомил. Я озвучил предложение выступить у нас в Иркутске, Валера его поддержал и согласие было достигнуто. Мы распрощались до послезавтра, Янка с Нюрычем и Валерой уехала на хату, а мы с Суром и еще с тремя какими-то ангарскими тусовщиками поехали на квартиру к Филу догуливать. Выпили много, но без приключений, а вот наступившее внезапно утро принесло глубокое похмелье и полное отсутствие денег. Были обшарены все карманы, подвергнуты обыску шкафы, полки и тумбочки в квартире, но денег найдено не было. Правда кто-то обнаружил большой флакон одеколона. Сур бодро разлил жидкость по стаканам, разбавив для большего метража содержимое водой и…никто не решился выпить этот состав первым. Передо мной сидели убежденные панки, да и я сам был человеком с опытом, но цветочный аромат вызывал у присутствующих определенное отвращение и оторопь. Уже второй раз была произведена попытка выпить, снова содержимое стаканов было тщательно обнюхано и отставлено прочь. Ситуация казалась патовой, но тут в квартиру позвонили.
На пороге стояли Валера с Нюрычем. Они сказали, что Янка не отдохнула после концерта и осталась дома, а потом поинтересовались, что мы пьем. Сур гордо сказал, что присутствующие пьют одеколон.
- Ну как, хороший одеколон? – спросила Нюрыч.
- Отличный, второй фуфырик добиваем, - не моргнув глазом соврал Сур.
- Тогда и нам налейте, что это вы в себя и в себя.
Прибывшим тут же были поданы стаканчики и Нюрыч без малейшего колебания и даже с определенной лихостью отправила содержимое по назначению.
Тут уже оживились все и одеколон был побежден. К вечеру, когда мы разъезжались по домам в туалет уже без противогаза было невозможно заходить. В маленьком стакане уборной стоял убивающий всяческое обоняние запах дешевого одеколона, а исторгающаяся из тел моча давала густую ядовитую пену.
С помещением как я и думал, договорились быстро и даже без денег. В магазине развесили объявления, да и сарафанное радио сработало мгновенно, поэтому к моменту начала концерта можно было уже не заботиться о зрителях. Спиртное было приготовлено и дожидалось своего часа. Янка с остальными прибыла часа за четыре до начала и мы слегка размялись.
На разогрев я решил поставить только что засветившегося Макса Левашова aka Др. Макс. Он только что записал свой первый альбом и наш магазин его активно раскручивал. Это должно было быть первым выступлением Макса на публике, но группы в постоянном составе еще не существовало, поэтому «Др. Макс» был представлен публике в виде дуэта.
Выступление понравилось публике, и довольно быстро Макс стал популярной в городе личностью.
Сам концерт прошел очень приятно. Пришли на концерт только те, кто точно знал на что идет, поэтому все выглядело совершенно по-домашнему. Янка была в отличном настроении, звук был превосходным, исполнение яростным и экспрессивным и я позволил себе слегка расслабиться беленькой. Валера потом долго меня пенял, что мы так и не записали это выступление. Он до сих пор считает, что оно было лучшим из всех, что когда-либо были записаны. Народ долго не расходился и мы, выждав полчаса, начали вежливо выводить тех, кто не должен был остаться на последующий банкет. Наконец остались только свои. Последними ушли какие-то незнакомые ангарчане подарившие Янке литровую бутыль спирта и две бутылки шампанского. Мы тут же понаделали из этих ингредиентов «северное сияние». Оно первым делом подорвало здоровье Татьяны Блажко. Та по-тихому ушла в наш дом немного подремать и спустя какое-то время, вернувшись по делам в дом я увидел чудесную картину. Татьяна была женщиной рослой, но спать прилегла почему-то не на кровать, а на детскую раскладушку, стоявшую у нас за шкафом. Самое пикантное было даже не то, что она попыталась втиснуться на такое прокрустово ложе, а то, что она легла на него поперек. В таком виде она и была застигнута, когда гуляние перетекло в дом.
Впрочем, мало кто обращал на нее внимание. Все стремительно старались напиться и большинству это вполне удалось. Алексей Рыбаков тогда еще не женатый выпив для храбрости еще стакан «сияния» пошел признаваться в любви Янке. Мне он сразу сказал: «Сегодня или никогда. Да, я сейчас пьян, но зато искренен. Будь что будет».
Между домой подруги, где была организована вечерина и библиотекой, где проходил концерт, была небольшая, но весьма укромная рощица. Вот там на природе народ и тусовался, разбившись на пары-тройки. Янка стояла как раз на выходе из рощи, когда к ней решительно направился Алексей. Я разумеется не мог пропустить такую сцену, поэтому и устремился вслед за ним. Одновременно я попросил подругу срочно отыскать Анку, которая тоже была на концерте и одним глазом следила за своим будущим мужем.
Леша подошел к Янке неровной походочкой и сказал:
- Яна, можно тебя на минутку отвлечь?
Получив разрешение, продолжил:
- Яна, я хочу тебе сделать предложение которое еще никому не делал. Я даже специально водки хлестанул, чтобы заставить себя сделать этот шаг. Ты мне очень нравишься и я хочу… - тут в поле зрения Алексея появилась Анка, – …хочу с тобой выпить, – неожиданно закончил он.
Удивленная Янка согласилась, и они выпили тут же, не отходя от деревьев. Эту историю я еще долго припоминал Лешику.
Было уже поздно, когда мы, наконец, окончательно отделив чистых от нечистых вернулись в дом. К этому времени среди нас уже не было не только трезвых, но и тех, кто был хотя бы в полсвиста. Поэтому не удивительно, что одному левому тусовщику удалось проникнуть на вечеринку. Все уже порядком устали, водки еще оставалось много, и лишнего стакана было не жалко. Тем более, что на наших десяти квадратных метрах жилья и без него уже размещалось двенадцать человек гостей. Спящую Блажко растолкали, налили выпить и на раскладушке устроилась Янка в самом боевом настроении. В этом мы смогли убедиться в уже скором времени.
Время было за полночь, музыка и песни вовсю знакомились с окрестностями, как в дверь и в стену стали стучать уже знакомые вам соседи. Подруга пошла разбираться, а мы продолжили веселье. Внезапно мы услышали разговор на повышенных тонах: «уже первый час ночи, сколько можно нас мучить» и просьбы подруги потерпеть еще чуть-чуть. Я решил, что пришла моя очередь объясняться с соседями и пошел к двери. Как вы уже знаете, соседа я не любил настолько, что даже однажды бегал за ним с топором, тем не менее, даже пьяный понимал, что время позднее и нужно решить проблему без особых крайностей. Я ему пытался объяснить, что сегодня особый случай, был концерт и что его жена должна об этом знать. Сегодня у нас гости, но мы постараемся вести себя тихо, тем более у нас в доме такой известный и очень хороший человек. Типа, вот если не верите, то посмотрите сами. Сосед очень осторожно заглянул во внутрь комнаты и вид десятка пьяных рыл его совсем не успокоил. Он принялся тревожно пятиться со словами: «ладно, ладно, но только давай потише чтобы» как вдруг из-за поднятой половинки раскладушки показалась голова Янки и отчетливо послала его на три буквы, после чего снова спряталась за раскладушкой.
Опешивший сосед, недоумевая, переспросил, что она сказала и расшалившаяся Янка, вновь высунувшись из-за раскладушки, снова произнесла то же самое. Сосед позабыв про враждебное окружение ринулся было в атаку, но его перехватили и вынесли в коридор. В след ему неслось все тоже напутствие от Янки. Я понял, что терять мне уже нечего и когда сосед стал грозить, что пойдет звонить в милицию, я сделав совсем серьезную мину сказал «неужели он не боится оставить жену и дочку среди таких дикарей в одиночестве»». Соседа всерьез проняло, он стремительно вбежал к себе в квартиру и больше не показывался.
Еще попев и повеселившись пару часов, мы стали размещаться на сон. Всех женщин уложили в страшной тесноте на диван (при этом пьяная Янка истерично смеялась и говорила «прошу прощения за то, что вы заехали локтем мне в печень»), а остальные разместились на полу. Огонь в печи к тому времени давно погас и стало подмораживать. В нашей комнатушке было так тесно, что все могли лежать только на одном боку, поэтому время от времени раздавался голос Сура «переворачиваемся» и пол начинал медленно шевелиться.
Проснулся я часов в восемь утра от тихого стука в окно. Разлепив глаза я увидел лицо Семенова, отсутствовавшего на концерте. У него было характерное веселое лицо висельника. Он таинственно поманил меня на улицу. Спотыкаясь о тела я выбрался наружу и тут же попал в железную хватку Миляева.
- «Открывай рот», - приказал он, и подбежавший Семенов принялся лить водку мне в рот. После пяти-шести глотков меня отпустили.
- «Иди, буди остальных, но ничего им не говори», - сказал Миляев.
Не прошло и получаса как все снова оказались пьяны. Мешок с водкой у этой парочки казался бездонным. Вот в таком состоянии мы и выдвинулись в сторону Байкала. Не знаю почему, но мы не стали ловить трэмп возле дома, что было бы логично, а попилили на автовокзал. Возможно, это было связано с тем, что Суру, во что бы то ни стало, хотелось показать Янке город. Пока мы пешком ползли к месту, Миляев с Семеновым продолжали разливать на ходу спиртное всем желающим. Удивительно как за нами не увязалась толпа любителей халявы.
На автовокзале у Миляева с Семеновым водка еще оставалась, а вот завод уже кончился. Семенов снял свои штиблеты и принялся раздеваться, желая поудобнее устроиться поспать на одной из лавочек в зале ожидания. Миляев демократично прижался к какой-то гражданке, ожидающей прибытия своего автобуса и тоже опочил. Сур, весьма удачно вовремя заметив поползновения Семенова, прервал его стриптиз, и мы обоих дружбанов с немалыми трудностями запихнули в подошедший автобус. Им выделили места рядом друг с другом, они тесно прижались во сне, склонив головы в разные стороны. Помню, как мы тихо пели им колыбельную. «Двухголовая птичка Среднерусской возвышенности, золотое яичко ко Христову нам дню принеси!» Вот в таком приподнятом настроение мы и приехали на Байкал.
Байкальские события помню смутно, словно сквозь туманное стекло. Мы все и даже очнувшиеся Семенов с Миляевым забираемся на пик Черского. Там, наша парочка забирается на крышу беседки и начинает оттуда декламировать стихи обериутов. Мы пьем и закусываем в беседке. Находим какие-то огромные деревянные статуи древнерусских воинов и устраиваем вокруг них пляски и игрища, жжем костры и напоследок скатываемся с горы, кубарем вниз сшибая и увлекая за собой маленькие деревца, траву и кусты. Мы сидим на берегу Байкала и поем песни. Потом вроде бы меня несут в автобус…
Янка осталась очень довольной, мы договорились с ней о дальнейшем сотрудничестве, и она сказала всем своим знакомым музыкантам, что с нами можно иметь дело. Поэтому продолжение не заставило себя ждать.

Tags: винные мемуары, дыбр
Subscribe
Buy for 300 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments