хумус (humus) wrote,
хумус
humus

Categories:

Винные мемуары-2 часть 16

Винные мемуары: Мои университеты" ч1-13
Винные мемуары. Начало
Винные мемуары. Часть 2
Винные мемуары. Часть 3.
Винные мемуары. Часть 4.
Винные мемуары. Часть 5
Винные мемуары. Часть 6
Винные мемуары. Часть 7
Винные мемуары. Часть 8
Винные мемуары. Часть 9
Винные мемуары. Часть 10
Винные мемуары. Часть 11
Винные мемуары. Часть 12
Винные мемуары. Часть 13.
Часть вторая: Проблемы пития в переходный период
Винные мемуары - 2. часть 1.
Винные мемуары - 2. часть 2
Винные мемуары-2. часть 3
Винные мемуары-2. часть 4

Винные мемуары-2. часть 5
Винные мемуары-2 часть 6
Винные мемуары-2. часть 7
Винные мемуары-2 часть.8 (Новогодняя)
Винные мемуары-2 часть 9
Винные мемуары-2 часть 10
Винные мемуары-2 часть 11
Винные мемуары-2 часть 12
Винные мемуары-2 часть 13
Винные мемуары-2 часть 14
Винные мемуары-2 часть 15
В прошлом выпуске я рассказывал о том, как мой приятель Сергей Миляев наработал белую горячку. Уже позже, когда запостил, вспомнил еще одну историю на тему.
Работала у меня одна продавщица по имени Лариса. Женщина за сорок, мало пьющая и далекая от всех этих дел. Рассказала мне как-то историю о друге семьи, большом любителе выпить не закусывая.
Однажды, когда настал очередной отпуск, этот человек решил поехать отдыхать в Крым. Бывает. Проходит три недели возвращается муж нашей героини домой и говорит: - «Ты знаешь, наш-то вернулся из Крыма. Белочку с собой привез». А женщина простодушная с тревогой ему и отвечает: «что он с ума сошел, она же ему всю мебель поцарапает».
В моем окружении жертвой белочки пали двое, самому, сколько не старался, не свезло – максимум, что я словил по пьяни – зеленого попугайчика, но об этом позже.
В годы борьбы за трезвость, когда бывали моменты, что за бутылку водки люди отдавали в очередях жизнь, пиво еще больше увеличило количество своих поклонников. Правда, то пиво что продавалось в те годы, пьянило, но не радовало. Все, наверное, помнят, что тогда существовало два сорта пива: «Жигулевское» и «Ячменный колос», все остальные сорта представляли собой случайные флюктуации пивных молекул. По крайней мере, так обстояли дела в нашем городе. Было «Бархатное», но оно пропало еще в районе первого курса. Разливное было как обычно слегка\прилично разбодяженное (в зависимости от совести продавца). Обычно в один день все киоски и пивняки торговали одним и тем же сортом, так что, зная, чем торгуют у Жени К. в Глазково, можно было смело идти в наш ларек возле дома, зная, на что нарвешься. Некоторые из продавцов жидким хлебом были известны всему пьющему городу. Особой популярностью пользовалась тетя Хася. Она не боялась ни ОбхSSа, поскольку регулярно давала ему на лапу, ни наглых ар, пытавшихся отобрать заработанный навар (по городу долго ходил рассказ, как одного из таких налетчиков тетя Хася зарезала, от волнения даже не вспотев), а уж возмущавшихся недоливом случайных покупателей одергивали сами завсегдатаи. Тетя Хася по-тихому приторговала паленой водкой, и сколько благодаря ее стараниям появилось свежих могилок на Ново-Ленинском кладбище, Бог весть. Да, кстати. Раз уж зашел разговор о кладбище, то должен отметить, что в нашем городе к нему вел тупик Советский. Немудрено, что у нас было столько диссидентов. Но я отвлекся.
Так вот, с пивом у меня связана одна любопытная история. Тут на сцене появляется многими любимый Женя К. Как-то раз затусовались мы с ним у моей подруги. Попивали водочку под разговоры и музыку часов до трех. Утром проснулись в предсмертном состоянии. Подруга уползла на работу, а мы обшарили все карманы и наскребли какую-то мелочь. Решили взять пива, нашли чистое ведро и поплелись к гастроному возле «Баргузина». Отстояли очередь, подошли к тете Хасе. Хася по знакомству налила в долг где-то треть ведра, на остальные три четверти денег хватило. Держась за ведро, мы поплелись обратно. Женя умирал на ходу, да и я тоже, поэтому мы регулярно прикладывались к ведру, пугая случайных старушек. Дома мы принялись усердно восстанавливать здоровье и таки добили похмелье, вновь впав в изрядное состояние. Тут то мне в голову и пришла замечательная, как мне казалась, идея.
- «Евгений», - говорю, - «давай-ка, мы с тобой проверим, насколько подруга мне верна».
Женя, как артистическая натура, поддержал, и мы решили с ним разыграть сценку. Я знал, что где-то к часу подруга придет домой, и загодя подготовил все необходимые реквизиты. Мы взяли и сломали нож. Я чуть-чуть надрезал себе живот и кровью замазал майку, руки, а так же обломки ножа. Затем прицепил к животу маленькую фанерку, к которой аккуратно прикрепил обломок. Когда сквозь окно мы увидели приближающуюся подругу, то стали отчаянно орать друг на друга, а когда услышали, как она приближается к двери, я с грохотом рухнул на пол, повалив стулья (в моем состоянии это было легко) и стал судорожно биться ногой в агонии. Женя же нацепив на лицо маску ужаса, стоял с окровавленным обломком ножа над моим телом.
Дверь открылась и вошла подруга. Немая сцена. Через полу прикрытые веки смотрю на ее замороженное лицо, одновременно пытаясь удержать руками на животе фанерку с ножом.
Наконец слышу сдавленный голос:
- «Что здесь произошло»?
Женин голос скорбно отвечает:
- «Не знаю сам, как все произошло. Вроде бы нормально пили, а он вдруг на меня с ножом кинулся. Я пытался отобрать, а он возьми и напорись по самую рукоятку».
Пауза, тишина. Подруга тихо садится на стул. Слышу ее голос:
- «Он мертв»?
– «Да, я проверял»
- «А что теперь делать»?
Женя начинает закатывать истерику
- «Мне в тюрьму нельзя, мне еще судимость не нужна. Он сам напоролся, почему я должен из-за него свою жизнь портить. Мне на работу завтра надо»
Вдруг слышу осторожный голос подруги
- «А что ты можешь предложить»?
Молчание. Чувствую, что Женя не ждал такого варианта и отчаянно импровизирует.
- «Не знаю, наверное, надежней всего распилить его на части и спалить в печке, но у тебя ведь нет полиэтилена, а без него весь пол будет в пятнах крови. Знаешь, давай сделаем так: сейчас завернем его в ковер, а вечером отнесем его в парк на Метеостанции, пусть его найдут там. Скажешь, что с вечера его не видела, а если труп не найдут к завтрашнему дню, напишешь заявление в милицию».
Снова молчание. Потом голос:
- «А что, по другому нельзя»?
Женя вновь истерично:
- «Ты о маме моей подумала, она ведь умрет, если меня посадят, а ему уже все равно…»
Слышу голос:
- «Не знаю, наверное, ты прав. Ладно, я согласна».
Больше я сдерживаться не мог. Вскакиваю на ноги и ору: - «Зато я не согласен»!
Снова немая сцена. Женя, застенчиво улыбаясь, пятится к двери, подруга же мертвыми глазами молча смотрит на меня, на мою окровавленную одежду и на фанерку, затем срывается с места, лупит меня по физиономии и рушится в истерику.
Почему-то именно в тот момент я понял, что наша совместная жизнь скоро подойдет к концу. Женя еще долгое время припоминал мне эту историю в те моменты, когда я советовал ему подыскать женщину. Боюсь, что отрицательный женский образ, созданный в результате нашего перфоманса серьезно испортил ему половую жизнь и бросил в дальнейшем его в объятия женщины, много старше. Наверное, он считал, что у нее уже нет сил тащить его завернутым в ковер, на ночь глядя…

Tags: винные мемуары, дыбр
Subscribe

Buy for 300 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments