хумус (humus) wrote,
хумус
humus

Categories:

Винные мемуары-2 часть 11

Винные мемуары: Мои университеты" ч1-13
Винные мемуары. Начало
Винные мемуары. Часть 2
Винные мемуары. Часть 3.
Винные мемуары. Часть 4.
Винные мемуары. Часть 5
Винные мемуары. Часть 6
Винные мемуары. Часть 7
Винные мемуары. Часть 8
Винные мемуары. Часть 9
Винные мемуары. Часть 10
Винные мемуары. Часть 11
Винные мемуары. Часть 12
Винные мемуары. Часть 13.
Часть вторая: Проблемы пития в переходный период
Винные мемуары - 2. часть 1.
Винные мемуары - 2. часть 2
Винные мемуары-2. часть 3
Винные мемуары-2. часть 4

Винные мемуары-2. часть 5
Винные мемуары-2 часть 6
Винные мемуары-2. часть 7
Винные мемуары-2 часть.8 (Новогодняя)
Винные мемуары-2 часть 9
Винные мемуары-2 часть 10
В году 1988 мы с подругой решили поехать в Питер. Это оказалось началом наших набегов на этот город. В тот раз наш маршрут туда пролегал через Москву. Поскольку я в Питере до этого был всего лишь один раз еще ребёнком, а подруга не была вовсе, нам просто необходимы были вписки. Татьяна Блажко дала нам адрес каких-то панков, кто-то подкинул еще чего-то, а известная тусовщица Наталья Готова адрес небезызвестного Севы Гаккеля, в квартире которого она имела удовольствие несколько раз обитать. На эту вписку, естественно, мы особо и не надеялись. Чтобы совместить приятное с полезным и покрыть дорожные расходы из кассы магазина, я заранее созвонился с нашим постоянным питерским писателем, присылавший нам раз в месяц новые записи. Уважительная причина для поездки была найдена и мы тронулись в путь.
Первым делом решили немного зависнуть в Нерезиновой. Сняли квартиру на куличках в Бирюлево (тогда туда еще не дотянулось метро) и принялись бродить по городу. Странное время, когда человек с улицы мог без очереди и больших финансовых затрат сходить в «Прагу» и ни в чем себе не отказывая посидеть за четвертак на двоих. Так мы и сделали.
Побыв три дня в Москве решили свалить в Питер. Прибыли туда уже во второй половине дня и стали разыскивать данный нам Татьяной адрес. Уже стемнело, когда мы обнаружили нужный дом. Это была какая-то общага, закрытая на ремонт. В ней местные панки устроили свой сквот. Мы представились, назвали фамилию Блажко, вытащили приготовленный пузырь водки и были приняты в компанию. Стадо жило в одной из комнат заваленной матрасами с единственной нормальной кроватью в центре. Во время распития, я предложил им послушать сибирских панков и достал кассеты с «Гражданской обороной», группой тогда еще мало известной в Питере. Надо сказать, что с помощью Валеры Рожкова Иркутск в плане «Гражданки» и побочных ее проектов был весьма продвинутым городом. Будучи весьма близким приятелем Егора, он имел доступ ко всем его записям. Правда по своей естественной беззаботности, граничащей с безалаберностью, все, что Валера имел, он раздавал по друзьям и знакомым по большей части безвозвратно. Но то, что он передал мне я с нашей студией сумел сохранить и растиражировать. Уже позже, у меня дома, я показал Егору с целью идентификации несколько записей, которые не входили в официальную дискографии и я наблюдал его весьма оживлённую реакцию. Оказывается, эти песни входили в так называемый цикл «Песни в пустоту» и считались утерянными. Вот так благодаря Рожкову утраченные записи вернулись к людям. Впрочем я отвлекся.
Не помню, что я им тогда включал, то ли «Как закалялась сталь», то ли «Все идет по плану». Местная публика выслушала пару песен в тягостном молчании, а затем произнесла: «А разве это панк? Это херня какая-то». Я довольно уязвлённый тогда спросил, а что тогда они считают настоящим панком, на что получил ответ «как что? Цоя, конечно» и в качестве доказательства включили нам «45». Мне стало смешно, но я постарался дипломатично это скрыть, тем более я замыслил одну многоходовку. Поинтересовавшись, где именно мы будем спать и узнав что на полу на одном из матрасов, я предложил пиплу сходить еще за парой бутылок и выделил деньги. Пока толпа ходила за бухлом мы с подругой по-хозяйски завладели кроватью. «Не переживай», - сказал я ей, - «если эти штрихи «псевдо панки» слушают занюханное «Кино», то они сожрут и то, что мы отнимем у них единственную кровать. Ты главное, что бы не происходило, лежи тихо и делай вид что крепко спишь».
Когда хозяева вернулись, мы уже были в полудрёме. Сперва они замерли у входа, поражённые нашей наглостью, затем я услышал голоса «А что делать будем? Может разбудить их? А где нам спать?» Потом раздался голос главного: «Будить нельзя, люди с трассы, пусть спят. Давайте водку допьем и в соседнюю комнату матрасы перенесём». Так они и сделали, и мы в спокойствии и в удобстве проспали часов до 10 утра.
Вышли в город, поели в «Астории», прошлись по «Гостиному двору» и стали думать, куда приткнуться на следующую ночь, поскольку к цоялюбам возвращаться не было ни малейшего желания.
Ближе к вечеру, все-таки решили воспользоваться адресом, данным нам Готовой и мы пошли искать улицу Восстания, которая оказалась на наше счастье почти в самом центре.
Сейчас во мне нет уже и половины той наглости, что разливалась в моих венах в те времена, поэтому, если бы нынче я оказался в подобной ситуации, то мне и в голову не пришло бы пойти без приглашения на квартиру очень известным, но совершенно незнакомым людям. Тогда же мы вполне уверенно поднялись на этаж и позвонили в квартиру Гаккелей. Как выяснилось, самого Севы в это время не было в городе, он улетал в Канаду, а дома были лишь его мама и старший брат. Мой сбивчивый рассказ о том, что нам негде остановиться, а их адрес дала девушка, которая в прошлом году здесь жила, не возымел магического эффекта. Напротив, произнеся имя Готовой, я почувствовал, как атмосфера в квартире упала до нуля. Как выяснилась, Наташа жила у них в прошлом году и оставила по себе недобрую память. Тут бы нам и сгинуть на улицах ночного Питера, но произошло настоящее чудо.
Моя подруга почему-то приглянулась Севиной матери и нас оставили на одну ночь, дав испытательный срок. Мне пришлось разговаривать с братом, за давностью лет забыл как его зовут, по-моему Алексеем. Он оказался запойным, человеком отсидевшим, со сложной судьбой, но по-своему умным и интересным. Насколько я знаю, в 90-е годы его убили. На утро нам объявили, что мы приняты и до конца месяца мы жили на этой квартире.
Квартира оказалась чрезвычайно удобной как плацдарм для набегов на город. Мне нравится Питер, я любил бродить по нему без всякой цели, забредая в самые неожиданные места. Не знаю, как он выглядит сейчас, но тогда это был немного холодный, но очень впечатляющий город. Мы обычно обедали или в «Неве» или «Астории», что стоило какие-то копейки. Вечером нам доставались разговоры с Севиной мамы (впрочем, весьма познавательные) и скоро мы знали историю семьи Гаккелей на протяжении жизни четырёх поколений. В гости к хозяевам заходили разные люди, бывал Гребенщиков, а для Курехина подруга однажды даже напекла блинов, чем гордилась спустя годы.
Три года подряд мы летом приезжали к ним в гости. В то время в Питере вовсю бурлила культурная жизнь и металлисты бились не на жизнь, а на смерть с местной разновидностью люберов. Однажды я был свидетелем такого грандиозного побоища возле Казанского собора. В той битве принимал участие лидер иркутских скинов Мисай, о котором я еще много всякого расскажу в свое время.
Однажды вечером, возвращаясь на квартиру я увидел возле Казани, сидящего на поребрике ( разместим это ужасное слово ради сохранения питерского колорита) иркутского знакомца Диму Перминова, совершенно пьяного и одинокого. Увидев нас он страшно оживился и рассказал волнующую историю о том, как разругался с людьми на вписке и теперь не знает куда податься. К нам вести его не было ни малейшей возможности, поэтому мне пришлось звонить своей знакомой Лене Резентул (известной рок-деятельнице, в те времена помогавшей Бурлаке выпускать «РИО»). Сказал, что срочно нужно спасти человека из лап ночного Петербурга и куда-нибудь вписать до утра. Лена согласилась, а поскольку жила неподалёку на Невском, вскоре появилась, и сообщила, что уже обо всем договорилась с Бурлакой, и что Дима может переночевать у него, а завтра мы что-нибудь придумаем. Дима не возражал познакомиться с известным человеком и мы тронулись в путь. Нас приветливо встретили и посидев для приличия минут пятнадцать, предоставили Диму заботам хозяина, готовившего тогда как раз очередной номер журнала, а сами ушли.
На утро я с удивлением узнал, что Дима посреди ночи проснулся и ушел в неизвестном направлении. Больше его никто не видел. Обнаружился он уже только в Иркутске. На вопрос, куда он пропал, ответил, что проснулся протрезвевшим, полюбовался на что-то печатающего хозяина и вернулся на старую вписку. «Почему никому не сказал?» - спрашиваю. – «А чего тут говорить, посмотрел на знаменитость, ну и хватит с него».
В наш третий приезд вместе с нами в Питере оказался Кузя Уо и началось самое интересное.
Продолжение следует

Tags: винные мемуары, дыбр
Subscribe
Buy for 300 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 37 comments