хумус (humus) wrote,
хумус
humus

Categories:

Цитаты из воспоминаний Егора Белкина



Публика очень благодарная, долго не отпускает, осаждая нас после концертов. Часто я слышу: – «Егор, мне очень нравятся ваши песни, вы наш кумир!» Анекдотичные истории случаются, в которые трудно поверить: например, когда подходит к Юрию Шевчуку карлик и говорит: – «Юрий, я вырос на ваших песнях». В это трудно поверить, однако всё это правда от начала и до конца.

Мы ездили по всему Советскому Союзу, и всё было очень хорошо, в моём случае – до выступления в Ленинградском Дворце Молодёжи в 1987 году. У меня была своя собственная программа. В ней играли трое из «Урфин Джюса» и трое из «Наутилуса». Умецкий играл на басу, Бутусов подпевал и играл на второй гитаре, Зяма урфин джусовский играл на барабанах, а Могилевский и Пантыкин на клавишных.
В ЛДМ публика почему-то наотрез отвергла наше выступление, и все от меня разбежались. Такое было ощущение, что я одновременно заразился триппером, падучей и оспой. Мы выступали перед «Наутилусом», они отыграли программу «Разлука» с огромным успехом, а нас, игравших перед ними практически в том же составе, не приняли.
Прошли годы, десятилетия, и я уже взрослый, прошедший огонь, воду и медные трубы, могу объективно оценить качество той программы, но понять, почему публика отвергла материал я так и не смог. Мы играли очень бодро и звучали хорошо. Может быть, разве что разодеты мы были – волосы дыбом, в цепях… Шевчук тогда ворвался к нам пьяный в гримёрку, схватил Славу Бутусова и разбил им зеркало – не понравился ему наш внешний вид.

На ленинградских фестивалях 86 – 87 я познакомился с Цоем. Мне не всё нравилось из того, что звучало на тех фестивалях, и я достаточно много времени проводил в буфетах. Стою один в буфете, и ко мне вдруг подходит человек восточной наружности и говорит:
– «Слушай, у меня бабок нет, а у тебя есть?» – я говорю:
– «Да, есть».
– «Можешь угостить?»
– «Угощу», – ответил я, и взял ему что он хотел.
Так получилось, что моё знакомство с Цоем началось с того, что я угостил его выпивкой.

Мой друг Андрей Зонов состоял в отношениях с Таней Ельциной. Иногда мы заходили туда, потому что в то время как раз шла перестроечная борьба с алкоголизмом, а у папы Ельцина был бар, в котором всё всегда стояло. Таня была очень гостеприимна, и когда папы не было мы иногда заходили к ней. Илья Кормильцев таскал туда магнитофон, мы весело под песни опустошали тот бар до самого дна. Наутро приходил специальный человек. Он убирал пустые бутылки и наполнял пустой бар новым содержанием. Мне даже кажется, что именно мы стали виновниками расхожих мифов о пьянстве Ельцина.

Все тексты альбома «Тацу» написал Илья, а потом он бросил всех: и «Урфин Джюс», и «Настю» и меня. Кинул всех и остался лишь с «Наутилусом». Потому что мы его тексты правили, а Слава к ним даже не прикасался – пел как есть. Говорил, что вообще не считает возможным править его тексты. А как не править? Например, Илья мог сочинить такую конструкцию, типа «скат и спрут», что в настином исполнении звучало как «ссат и срут» – ну как такое можно оставить? В «Стриптизе» должна была быть строчка «развесив кишки на ветках» или ещё было у него «развевая золу по привычке». Естественно, «залупу привычки» мы тоже не стали воспевать.
Tags: Россия, анекдоты, дыбр, история, музыка
Subscribe
Buy for 300 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments