хумус (humus) wrote,
хумус
humus

Categories:

Великая Отечественная. Они и Мы. Киев

Великая Отечественная. Они и Мы. 1941
Великая Отечественная. Они и Мы. Изнанка войны
Великая Отечественная. Они и Мы. 1942
Великая Отечественная. Они и Мы. Сталинград
Великая Отечественная. Они и Мы. Харьков
Великая Отечественная. Они и Мы. Черноморский "Ташкент".
Великая Отечественная. Они и Мы. За чертой плена
Остатки баррикады из мешков с землей, построенной в дни обороны Киева, на углу улиц Коминтерна и Жилянской.

На углу — довоенные указатели «перехід». В глубине — величественный фасад киевского железнодорожного вокзала. Торопится перейти дорогу женщина. От вокзала едут два немецких автомобиля «Опель».

Четверо советских военнопленных и немецкий конвоир на бульваре Тараса Шевченко в оккупированном Киеве.

Военнопленные о чем-то говорят с немецким конвоиром, стоящим у трамвайного вагона «пульман» с номером 1023. На трафарете — маршрут № 7, следовавший по бульвару Тараса Шевченко и Брест-Литовскому шоссе (проспект Победы) до ул. Полевой.

Немецкий регулировщик в оккупированном Киеве возле здания Промакадемии на бульваре Тараса Шевченко.

В правой руке регулировщик держит жезл. Справа стоит советское зенитное орудие, оставшееся со времени обороны Киева. На броневом щите укреплен немецкий треугольный дорожный знак «проезд закрыт» с тремя светоотражателями. Под щитом пушки — стрелка-указатель с красным крестом и надписью: «Kriegs Lazarett» (военный госпиталь). Справа — металлическая трансформаторная будка. В глубине кадра видны дома на бульваре и купола Владимирского собора.

Украинские полицаи поддерживают порядок в толпе женщин.



Толпа женщин стоит на углу улиц Керосинной (ныне — ул. Шолуденко) и Лагерной (ныне эта ее часть — ул. Маршала Рыбалко) у ограды стадиона «Зенит» (ныне — «Старт») и предположительно пытается узнать что-то о судьбах своих мужей, сыновей, братьев, содержавшихся в соседних казармах. В беретах и с непокрытыми головами — горожанки. Позируя перед камерой, улыбается украинский полицай . На нём фуражка комначсостава РККА с чёрным околышем (артиллерист, танкист или связист) и солдатский ремень. На левом рукаве шинели — белая матерчатая повязка с двумя полосами по диагонали , из всех надписей читается только крупная: «Wehrmacht».
Сохранились почти все здания, виднеющиеся на горизонте: застройка ул. Львовской (ныне — ул. Артема) — слева и ул. Полтавской — справа. Сохранилась также стальная решетчатая ограда стадиона, ставшего широко известным с лета 1942 г., когда здесь проходили футбольные матчи между командой «Старт» хлебозавода № 4, состоявшей в основном из игроков довоенного состава киевского «Динамо», и футболистами оккупационных войск.


Советские военнопленные под присмотром эсэсовцев засыпают землёй участок Бабьего Яра, где лежат расстрелянные.

Бабий Яр — урочище в Киеве, получившее печальную известность как место массовых расстрелов гражданского населения и военнопленных, осуществлявшихся немецкими оккупационными войсками. Здесь были расстреляны 752 пациента психиатрической больницы им. Ивана Павлова, не менее 40 тысяч евреев, около 100 матросов Днепровского отряда Пинской военной флотилии, арестованные партизаны, политработники, подпольщики, работники НКВД, 621 член ОУН (фракция А. Мельника), не менее пяти цыганских таборов. По разным подсчётам, в Бабьем Яру в 1941—1943 было расстреляно от 70 000 до 200 000 человек. Полуприсыпанные деревья и кусты на дне свидетельствуют, что склоны яра были взорваны. Некоторые из пленных в штатском. Это, вероятно, те, кто успел переодеться, спасаясь от плена, но был выявлен. По краям яра стоят эсэсовцы-конвоиры, с винтовками на плече, с касками на поясе. Происходящее на снимке подтверждает архивный документ — протокол допроса бывшего военнопленного Н.Б. Соколова, составленный следователем НКГБ 30 декабря 1945 г.: «В октябре м-це 1941 года я с группой военнопленных [из] 300 человек, под конвоем немецкой полиции был доставлен [из концлагеря на улице Керосинной] в Сырец — Бабий Яр, для погребения трупов расстрелянных советских граждан. К моменту нашего прибытия трупы расстрелянных в Бабьем Яру уже сверху были засыпаны землей, нас только заставили подровнять яму наравне с поверхностью грунта земли. У места расстрелов я лично видел, лежали большие кучи ценных вещей, отобранных у расстрелянных советских граждан. Кроме вещей, лежали отдельно различные документы, паспорта, фотографии».

Эсэсовцы роются в вещах расстрелянных , не обращая внимания на фотографа («свой!»), в урочище Бабий Яр, предположительно в песчаном карьере севернее современной станции метро «Дорогожичи».

С сентября до конца октября 1941 г. расстрелы в основном проводились мобильными подразделениями СС (айнзацгруппы и полицейские части) при содействии полевой жандармерии и частей вермахта (454-я охранная дивизия, 75-я и 299-я пехотные дивизии). С октября 1941 г. до конца сентября 1943 г. Бабий Яр являлся местом регулярных расстрелов , проводимых органами полиции безопасности и СД в тесном сотрудничестве с военными и гражданскими властями Киева.

Убитые советские военнопленные на улице Киева.

Один из них одет в гимнастерку и галифе, другой — в нижнем белье. Оба разуты, босые ноги в грязи — шли босиком. У убитых- истощённые лица. Очевидцы вспоминают, что, когда пленных гнали по киевским улицам, конвоиры расстреливали тех, кто не мог идти.Прохожие торопятся проскочить опасное место, где стоит немец с фотоаппаратом. На втором плане — старый киевский дом, переоборудованный, как видно, под какое-то производство: в стене — круглое отверстие для осевого вентилятора, окна помещения закрашены. Стоят большие ящики с ручками для переноски. На дверях нанесен белый крест, очевидно, он должен свидетельствовать о том, что в доме нет евреев — накануне в Киеве прошли массовые расстрелы еврейского населения.

. Эсэсовец роется в вещах расстрелянных в урочище Бабий Яр, предположительно в песчаном карьере севернее современной станции метро «Дорогожичи»


Тела убитых мирных жителей на бульваре Тараса Шевченко в оккупированном Киеве.

Справа бывшая Промакадемия, дом № 74 (ныне проспект Победы, 8). Убитые, лежащие вдоль бордюра, предположительно евреи, одни из тех, кто 29 сентября не явился по распоряжению оккупантов на пункт сбора. В левом углу кадра можно рассмотреть еще одного убитого, лежащего ничком и склонившегося над ним человека. Также на фото обращают на себя внимание молодые мужчины в красноармейском обмундировании, в пилотках без звездочек. Почти все идущие смотрят перед собой или в объектив; лишь некоторые — на трупы. Эти люди направляются на Еврейский (Галицкий) базар. Он располагался посредине современной площади Победы. С началом немецкой оккупации базары стали тем единственным местом, где можно было купить или выменять на вещи продукты. Ими торговали те, кто сумел разжиться в дни безвластия — 18–19 сентября 1941 г., когда безнаказанно грабили магазины и склады. Крестьяне и жители пригородов на базарах продавали свежие овощи и молоко.

Священник рядом со взорванным Успенским собором Киево-Печерской лавры, ноябрь 1941 года.

Руины Успенского Собора Киево-Печерской лавры, взорванного 3 ноября 1941 года, во время немецкой оккупации Киева.

Существует несколько версий причин взрыва: взрыв как немцами, так и партизанами или НКВД. В конце 1990-х годов собор был восстановлен.

Трупы советских граждан, обнаруженные на территории гитлеровского концлагеря в Дарнице. Район Киева, ноябрь 1943 г.



Tags: Германия, Россия, война, история, фото
Subscribe
Buy for 300 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →